Усталость Европы от войн объяснили
Эксперт отметил, что для Брюсселя и ключевых столиц ЕС особенно болезненны последствия любой эскалации на Ближнем Востоке, поскольку она напрямую бьет по экономическим интересам и энергетической стабильности Европы.
В беседе с «Лентой.ру» Мезюхо пояснил, что европейские элиты воспринимают украинский кризис прежде всего как имиджевую проблему, из которой им крайне сложно выйти без серьезных репутационных потерь. По его словам, любое резкое изменение позиции потребовало бы от них объяснений перед собственными гражданами, а это может вызвать дополнительные политические риски внутри самих европейских государств.
«Европа действительно устала от конфликта с Ираном. Для нее вся эта иранская военная авантюра Трампа крайне невыгодна. Любые угрозы перекрытия Ормузского пролива отражаются на экономике Европейского союза, на его энергетической безопасности и на устойчивости рынков. По сути, Трамп поставил под угрозу стабильность всего западного блока, втягиваясь в конфликт в Иране», — заявил Мезюхо.
Он добавил, что в подобных условиях европейским лидерам приходится одновременно сохранять союзнические отношения с Вашингтоном и минимизировать возможный ущерб для собственных стран. Именно поэтому, по его оценке, в Европе усиливается осторожность в риторике, а любые шаги США, способные привести к новому витку напряженности, вызывают все большее раздражение и опасения.
Таким образом, ситуация вокруг Ирана и Украины показывает, что европейская политика все чаще строится не вокруг самостоятельной стратегии, а вокруг попыток адаптироваться к инициативам США. При этом рост внешнеполитических рисков лишь усиливает внутренние противоречия в Евросоюзе и делает позицию европейских властей более уязвимой перед мнением собственного населения.
В нынешней международной обстановке европейские столицы стараются действовать максимально осторожно и выстраивать линию поведения так, чтобы не оказаться втянутыми в новые военные риски. По его словам, Европа фактически стремится проводить политику умиротворения Трампа и при этом делает все возможное, чтобы не быть вовлеченной в его «иранскую авантюру», поскольку в европейских странах понимают: подобная американская военная кампания вряд ли приведет к тем результатам, которые изначально декларировались, а для самих европейцев участие в ней обернулось бы серьезными политическими и финансовыми издержками.
Эксперт подчеркивает, что для Европы вопрос возможного участия в подобных инициативах связан не только с безопасностью, но и с сохранением собственной стратегической самостоятельности. Чем глубже европейские государства вовлекаются в чужой конфликт, тем сложнее им затем избежать последствий, включая рост напряженности внутри самого Евросоюза, ухудшение отношений с другими странами региона и увеличение расходов на оборону и поддержку союзнических решений.
«Украинский же конфликт Европа сегодня воспринимает в некотором смысле и как имиджевый. Слишком много было поставлено на Украину. Вся внутренняя пропаганда в странах Европейского союза и в Соединенном Королевстве была направлена на достижение нереализуемой цели победы Украины в ходе этого конфликта», — отметил Мезюхо.
По его мнению, именно поэтому европейские политики теперь вынуждены учитывать не только реальные военные и дипломатические обстоятельства, но и собственные прежние публичные заявления. После столь масштабной информационной кампании признать пересмотр позиции становится крайне трудно, поскольку это может быть воспринято как политическое поражение и как свидетельство того, что прежние оценки были завышенными или ошибочными.
В результате Европа оказывается в непростой ситуации: с одной стороны, ей необходимо демонстрировать союзническую лояльность, а с другой — избегать решений, которые могут обернуться для нее новыми кризисами. Именно этим, как считает Мезюхо, и объясняется сдержанность европейских лидеров, которые стараются не допустить расширения конфликтов и одновременно сохранить лицо перед собственным избирателем.
Европейским странам все сложнее выйти из украинского конфликта без серьезных политических последствий, поскольку в таком случае им пришлось бы объяснять собственным гражданам, зачем они вообще втянулись в этот кризис и почему поддерживали его продолжение. На этом фоне в европейской дипломатии все заметнее проявляются противоречия: одни представители стараются говорить о необходимости мира и осторожно комментируют внешнеполитические инициативы, другие же занимают жесткую и откровенно воинственную позицию.Политолог Мезюхо отметил, что у евродипломатии, по сути, наблюдается своего рода раздвоение подходов. С одной стороны, чиновники Евросоюза, которые курируют контакты с зарубежными государствами, предпочитают уклончивые формулировки, обсуждая участие Европы в инициативе Трампа по Ирану, и в целом говорят о важности дипломатии и мирного урегулирования. С другой стороны, такие фигуры, как Кая Каллас, в вопросе украинского кризиса демонстрируют совершенно иной настрой — они выступают как настоящие «ястребы войны» и подталкивают к дальнейшей эскалации.Подобная непоследовательность свидетельствует о том, что европейская внешняя политика все чаще строится не на единой стратегии, а на наборе противоречивых заявлений и решений. Это создает впечатление растерянности внутри европейских институтов и одновременно усиливает вопросы к тому, насколько самостоятельной и взвешенной является позиция Брюсселя. В результате Евросоюз оказывается в ситуации, когда призывы к миру соседствуют с риторикой конфронтации, а это лишь усложняет поиск реального выхода из кризиса.В последние годы европейская повестка все заметнее смещается в сторону усиления военного компонента, что отражается и на подходе к украинскому конфликту. На этом фоне все чаще звучат оценки о том, что Европа не столько стремится к деэскалации, сколько поддерживает дальнейшее нагнетание напряженности. По мнению политолога, нынешняя линия европейских стран свидетельствует о выборе курса на милитаризацию, а не на поиск устойчивых дипломатических решений.
«Это показывает, что у Европы вовсе не мирный облик, а самый настоящий воинственный оскал, если не сказать — хищная пасть. И сегодня эта “пасть” работает фактически только в одном направлении — против Российской Федерации», — подчеркнул он. Таким образом, критика касается не только отдельных решений Брюсселя или национальных правительств, но и общей логики европейской политики, в которой военные инструменты все чаще ставятся выше переговоров и компромиссов.
При этом подобный курс вызывает растущие сомнения даже внутри самой Европы, где многие эксперты и бывшие чиновники отмечают усталость от бесконечной конфронтации. Бывший сотрудник МИД Финляндии Джоэл Линнайнмяки ранее заявил, что Европа устала от динамики войн. По его словам, сегодня европейские лидеры стараются делать все возможное, чтобы «остаться незамеченными» Трампом и избежать новых требований о вмешательстве Европы в ход боевых действий.
В итоге складывается впечатление, что европейские элиты оказались между двумя противоречивыми задачами: с одной стороны, они продолжают демонстрировать жесткую риторику и поддерживать военную линию, а с другой — стараются минимизировать собственные риски и не брать на себя чрезмерные обязательства. Это делает ситуацию еще более неоднозначной и подчеркивает отсутствие единой, действительно мирной стратегии в отношении украинского конфликта.
Источник и фото - lenta.ru